DT Бегущая строка новостей

Предложение 1

Тупик революции

 

С того момента, как свершилась в стране Великая Октябрьская социалистическая революция, минуло 100 лет. За это время история была переписана несколько раз. И нет уже очевидцев того, что реально происходило в Хвалынске в те драматические для нашей страны дни.

...Почти 50 лет назад был найден личный дневник 18-летнего хвалынского гимназиста Михаила Чевекова. По понятным причинам их никто тогда не опубликовал, ведь это был классовый враг, сын богатого купца, имевшего земли, хутор, мельницу и дом в городе. По записям было видно, как ученик старшего класса мужской гимназии пытался понять правила политической игры, найти в этой игре своё место.

26 октября 1917. Теперь у нас две партии в России: партия развала и партия порядка. Вождь партии развала – А.Ф. Керенский, а партии порядка – ген. Корнилов. Но партия развала победила. Керенский – социал-революционер, ген. Корнилов – партия Народной Свободы. Дело дошло до того, что мертвым начинаешь завидовать, не знаешь, будешь завтра жив или нет?! Я лично принадлежу к партии Народной Свободы, т.е. убежденный кадет. А смотря на все зверства солдат и крестьян, пожалуй, и монархист.

Вековые торговые традиции создали в Хвалынске особый жизненный уклад, основная характеристика которого – стабильность. Здесь купец скорее благодетель, а не мироед. Но почему против него поднялись крестьяне? Почему повели себя столь враждебно по отношению к его семье?

 28 октября. …Крестьяне самовольничают, жгут, грабят, убивают… у нас на хуторе отравили всю скотину, в том числе и моего жеребца Щелчка. Как жестоко я ошибался в мужике до революции, теперь я его видеть не могу. Делают ни себе ни людям. Чем травить, хоть бы взяли себе или на армию.

А действительно, зачем травить жеребца стоимостью 10 тыс. руб.? Как просто сейчас во всём винить большевиков. Но большевиков ещё не было в городе. Так кого винить? Социал-демократов? Эсеров? Кадетов? В чём их вина? Не имея должного опыта, новая власть не сумела контролировать социальные процессы. Лозунг «Грабь награбленное» развязал руки. Протест выплеснулся на улицы бессмысленным бунтом. И большевики возглавили этот бунт.

23 декабря. С самого утра до поздней ночи я скрывался в садах за мельницей и в дому крестьянина Арсентия Курякина от самосуда толпы. Весь день «солдатишки» с винтовками искали меня по богатым домам, даже и у крестьян. Но к Арсентию, как к бедному мужику, не приходили. Я лежал у Арсентия на печи, заваленный всякой рухлядью. Бунтовала одна «сволочь». О, какая страшная и грозная толпа. Говорили: «Если мы его найдем, то прямо на штыки».

2 января 1918 Хвалынск перешел в руки большевиков и был объявлен на военном положении. Отец Михаила Чевекова и все богатые купцы города были арестованы. Их имущество отобрано - ничего личного, просто молодой советской республике деньги были необходимы как воздух. В городе попытались остановить беспредел привычными, допустимыми, дозволенными методами. Но в новой игре эти правила уже не работали.

26 января. Толпа у Совета стала требовать, чтобы все были освобождены из тюрьмы, которые были посажены большевиками. В ответ большевики стреляли по всему городу. Звонили в набат… Телеграф порвали… Большевики грозили, что будут бросать бомбы, если не разойдутся.

В последних числах января отпущенный большевиками отец принял решение уезжать на Дон. Михаил понимал, что только так родители смогут спастись. Хозяйство оставляли на сына. Впрочем, за хозяйство можно было особо не беспокоиться. Через месяц советской власти у них уже не было ни земли, ни мельницы. Были богаты, теперь - почти нищие. Из всех капиталов отец оставил Михаилу 2090 руб.  То, что отцу удалось бежать, было великой удачей.

2 марта. Теперь их (купцов) морят голодом, страшно издеваются – так, что один даже сошел с ума; его выпустили, но посадили его жену. Большевики говорят, что иначе получить денег с них нельзя.

31 мая. Вследствие того, что мой отец скрылся, меня хотят поймать и оставить как заложника до тех пор, пока он не явится или не заплатит контрибуцию в 25 тыс. Несмотря на это, я все-таки ночью в селе был, выехал в 5-м часу утра уже из села в дамском костюме…

Дневник внезапно обрывается на фразе «...Сосновый лес... Женя». Кто она - Женя? Девушка, в которую был влюблён 18-летний гимназист? На страницах дневника встречается имя Жени Финиковой. В советские годы дом купца Финикова занимала почта, где во время ремонта из-за завалинки и извлекли спрятанные дневник, револьвер, портсигар, царские деньги и фотографию молодого человека – автора дневника. Пистолет сдали в милицию, дневник – с глаз долой - в музей. Судьба же Михаила Чевекова так и осталась неизвестной.

Серый асфальт площади. Ноябрьские тучи. Одинокий Ленин печально смотрит сквозь пустые улицы.  Хвалынск - жертва двух революций. Стерта память о купцах и царской России… Стёрта память о большевиках и Советах. Кризис идеологии, кризис экономики, кризис государства. Всё это уже было. Где найти выход? Но выход из любого тупика - там, где вход…

Елена Куликова

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Предложение 4
Реклама на сайте / Издания / Подписка / Контакты. Замечания и предложения направляйте по адресу hvzvezda@mail.ru